Хочу поделиться одним наблюдением.
Вчера мы с коллегой говорили о том, что в литературе (а может, я просто плохо искала) не уделено внимания одному любопытному моменту на пути развития девочки.
Если мы говорим о том, что девочка должна психически выбрать свой пол, и это происходит через идентификацию с матерью — с её отношением к собственной женственности, отношением отца к матери и к женскому полу вообще и наблюдая отношения между родительской парой девочка многое для себя возьмет.
Но есть ещё и отношения отца с его матерью, то есть бабушкой девочки.
Бывает, что отец относится к своей матери лучше, чем к жене, или может побаивается её, а с женой не церемонится.
Если мы берём идею, что, чтобы понравиться папе, нужно быть как мама (то есть пойти по пути идентификации с ней), то в таком случае этот путь может не сработать.
Но может сработать идентификация с бабушкой — грозной и ворчливой, или мудрой и жертвенной, тут уж как легло.
Если пойти дальше за этой гипотезой, то бабушка — это уже женщина, решающая совсем другие задачи, чем молодая фертильная женщина.
Бабушке может быть уже не так интересна интимная жизнь, и уж точно они не рожают детей.
Ну и эта позиция может ощущаться безопаснее, чем позиция молодой женщины.
Такие вот размышления на основе некоторых клинических зарисовок.
Буду рада, если поделитесь своими мыслями на этот счёт.
Вчера мы с коллегой говорили о том, что в литературе (а может, я просто плохо искала) не уделено внимания одному любопытному моменту на пути развития девочки.
Если мы говорим о том, что девочка должна психически выбрать свой пол, и это происходит через идентификацию с матерью — с её отношением к собственной женственности, отношением отца к матери и к женскому полу вообще и наблюдая отношения между родительской парой девочка многое для себя возьмет.
Но есть ещё и отношения отца с его матерью, то есть бабушкой девочки.
Бывает, что отец относится к своей матери лучше, чем к жене, или может побаивается её, а с женой не церемонится.
Если мы берём идею, что, чтобы понравиться папе, нужно быть как мама (то есть пойти по пути идентификации с ней), то в таком случае этот путь может не сработать.
Но может сработать идентификация с бабушкой — грозной и ворчливой, или мудрой и жертвенной, тут уж как легло.
Если пойти дальше за этой гипотезой, то бабушка — это уже женщина, решающая совсем другие задачи, чем молодая фертильная женщина.
Бабушке может быть уже не так интересна интимная жизнь, и уж точно они не рожают детей.
Ну и эта позиция может ощущаться безопаснее, чем позиция молодой женщины.
Такие вот размышления на основе некоторых клинических зарисовок.
Буду рада, если поделитесь своими мыслями на этот счёт.